Календарь туров

Леон. Леонардо.

13 мая 2018 - Администратор

Самый осмысленный сын, это тот, который рождается в твои пятьдесят два года.


Рассказ про Леона нужно начинать с Луиса. Иначе будет не совсем понятно. Но и раньше нет смысла копать.

В сетке координат нашей семьи, наш первый сын Луис, находится там же, где у нормальных христиан Адам, Ева и шесть дней сотворения мира. На седьмой день, когда все отдыхали, наш сын уже первый раз какал. Наша жизнь логично разделилась на маленькое до и большое после рождения Луиса. В наш доисторический период, с трудом, как сквозь туман, вспоминаются взгляды, поцелуи, сумасшедший секс, незаконное пересечение четырех границ и свадьба в Германии. Что ещё? Всё больше какая-то тьма египетская. А если что и было, то как будто не с нами.

А вот в предисловии к Леонардо было всё проще. Вот что было до Леона? Луис!
Этот Луис  нас достал. Четыре года бурного развития нашего мальчика может свалить с ног любых родителей. Так рано проявлять свою энергию, ум и темперамент было конечно, с его стороны, юношеской самонадеянностью. Аккуратнее надо. Родители сгоряча, могут предпринять, что угодно. Вплоть до суицида, или вызова бабушки.

К своим подсознательным реакциям на те времена, я отношу начало моих полетов на параплане. Чем взрослее становился Луис, тем выше и дольше я летал. Симптоматично, однако...

В какой-то момент, в ответ на вызовы растущего Луиса, мы решили родить ещё одного. А что? Парадоксальные решения ещё никто не отменял. Спокойно полежать на диване нам уже всё равно не светит. (Да и что там «полежать»! На мне прыгают постоянно!) Попробуем лечить подобное подобным, решили мы. Хуже не будет. Тем более, что гидрокостюм, спасательный жилет, комплект сноуборда и маленький параплан у нас уже есть. Что им, пропадать в покое!? Дорога в спортзал, на борьбу, и в школу математики от нас и так не зарастает. Значит будем водить двоих.

Беременность наступила раньше, чем мы об этом подумали. Интуитивно захотелось подольше не обращать на неё внимание. Анна, как сумасшедшая, вела свои курсы живописи. Я разрывался между бизнесом и растущей энергией Луиса. Нервно перестраивал квартиру. Мне казалось, так будет лучше. Мы уже знали – будет мальчик.

Когда, на очередном контроле, нам поставили срок родов – пятница, 13-е, я успокоился. Значит, всё правильно. Это наш. Я уже знал, ребенок будет здоров, смышлен и бешено активен. Обычные дети в такие дни не рождаются.
Моя психика оценила эту новость более трезво и включила все свои компенсаторные механизмы. Я стал вдруг дольше спать и правильно питаться. Срочно накапливать силы на будущее. А за три недели до родов слег с сумасшедшей температурой, вероятно, организм решил что предстоящее для него слишком круто и захотел умереть молодым (относительно). Но тут включилась немецкая медицина и бронебойные антибиотики. Они довели меня до стерильного состояния как раз к родам. Микробы в тот момент избегали меня так, что ушли даже полезные. Руки можно было не мыть.

Рождение сына мы, с Анной, решили отодвинуть от назначенной даты хотя бы на день. С рожденцем нам и так уже всё понятно, зачем его всю жизнь датой провоцировать. Пусть будет суббота и 14-е, решили мы.

В солнечное утро этого знаменательного для нас шаббата, мы позавтракали, попили кофе, переглянулись и поехали рожать того, кто должен был родиться. Маленькая евангелическая больница была от нас в соседнем дворе.

В роддоме встретили нас как своих. Нас там помнили ещё по рождению Луиса! Ещё бы, двенадцать часов предыдущих родов сделали нас незабываемыми на все прошедшие пять лет. Тогда чуть пол больницы с моей Аней не родило. В родильном отделении было, как всегда, уютно, мягко и тихо, так, что снова пришла эта мысль – а не ходить ли мне сюда поспать? Хоть иногда. Кофе и фрукты бесплатны в любом количестве. За всё удовольствие готов даже дважды за ночь давать делать себе УЗИ.

Роды пошли как-то быстро. Всё уложилось в каких-то четыре часа. В этот раз я был умнее и стоял у изголовья. Всем было легче. Не могу сказать, что я этого не ждал, но Он родился внезапно.

Леон. Леонардо.

До сих пор не знаю, разные это имена, или одно и тоже… На всякий случай, в метрики записал два.

За что поздравлять отца при родах, я не знаю. Стоял, делал сочувственное лицо, иногда держал за руку, перерезал пуповину… Это лицемерие, а не подвиг. Подвиг будет года через три, когда уже эти двое будут прибегать каждое утро в семь и прыгать по мне спящему, а я буду при этом жив… Вот тогда меня с этим и поздравите. Текила, виски, коньяк… – я буду пить всё. А если не буду, то значит, буду летать с самой высокой горы, в самом сильном термике, на самой большой высоте и очень-очень долго. Чтобы не слышать этого вечного «Па-па, я покакал!», без которого жить, мне увы, тоже уже не возможно.

Леон родился как-то складно. Вовремя, спокойно, удачно. Вися на пуповине, сразу взял грудь. В меру сморщенный, пах чем-то пресным. Прилично весил (4175 гр.), хорошего роста (55 см.). А все врачи и медсестры оказались нам знакомы и  приветливы. Всё было очень комфортно. Все дни в больнице нас всех кормили чем-то вкусным. Дом был рядом. Через три дня мы ушли.

Мне понравилась эта идея, что Леон похож на Аню. Слабая компенсация, что он не девочка, но всё же… Мне не трудно, а ей приятно. В больнице, он напоминал мне ящерку. Называл я Леона чаще всего Луисом. Но он не обижался. Луис всегда крутился рядом и в сравнении с новорожденным был каким-то гигантским лосем.

Леон до неприличия мало обращал на нас внимание. Ел, спал, писал, какал. А где же дружеские подмигивания? «Доброе утро»? «Как дела?» Улыбки? Наши подозрения в отношении его личности в первые дни жизни, гуляли от эгоиста, до мизантропа.

Интерес Ярослава был лаконичен: «Мальчик?» — «Да»… и снова домой, за вечный компьютер. Ярослав это не мой сын. Мне он достался вместе с женой. Я всегда мечтал о красивой, умной, любящей жене. И теперь, когда мечта сбылась, вынужден мириться с другими её добродетелями. У меня с этим растущим мальчиком есть несколько глобальных противоречий, они проявляются в мелочах. Кажется, их можно вообще не замечать. Но когда он лежит на диване и смотрит все подряд ролики из Yuotube.com, ест чипсы, пьёт колу и разводит вокруг себя бардак, то во мне просыпается танк. В нем — блиндаж. Военные действия носят короткий, локальный характер. Заканчивается всё наведением полного порядка на театре военных действий, или окончанием горючего у наступающей стороны. Записывал его поочередно на секции футбола, гимнастики, борьбы. Предложил ему вкусить радость тренировок, побед, физических нагрузок, преодоления себя…
«Как точно тут собрано именно всё то, что 
я ненавижу» — подумал Ярослав. Спорт у Ярослава равнозначен разочарованию. Там только со стороны кажется, что увлекательно, а потом везде тяжело!  Ищем вид спорта максимально приближенный к лежанию на диване. Через два года буду предлагать всерьёз заняться парапланом.

Надежда на формирование разных интересов между Леоном и Ярославом, у меня только на разницу в их возрасте в двенадцать лет. 

 

Май, 2018

Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Яндекс.Метрика
Сервис обратного звонка RedConnect